Трудотерапия. Из цикла "Рептилоиды I"

Ирина Герулайте

Трудотерапия

Кто любит работать, есть  ли такие среди нас? А кто любит быть без работы? Отзовитесь! А кому нравится просто получать деньги? Столько вопросов, что голова кругом. С процесом труда так много связано-наверчено-накручено. Эта часть жизни как соединительная ткань или цемент, благодаря которому цветет, если можно так выразиться, дерево бытия.  В принципе, лично я  очень люблю хороший добрый труд, которые приносит плоды. И хорошо также, когда можно эти плоды увидеть. Но истории о том, как в один нетривиальный период я приходила и устраивалась на работы, поистине трансцендентальны.

Часть первая: за пределами мозга

Когда я шла устраиваться на работу в одно министерство, связанное с природной деятельностью, все получалось отлично. Поначалу. Я побывала у психиатра, у нарколога, изрядно повеселилась вместе с ними. Все справки о том, что я могу работать в солидном месте, у меня были на руках.  Однако все время, пока шла подготовка к новой работе, меня преследовала одна хмурая мысль: как-то  слишком хорошо все складывается. Русское негативное мышление, куда деваться!

В какой-то момент, уже перед самым выход на труд, я с ужасом узнаю, что один очень хороший человек, который и устраивал меня на эту работу, попал под машину. Теперь путь в министерство был закрыт. Моя подруга, тоже  журналист,  сказала тогда сакраментальную фразу: «Погоди немного. Перестань столь рьяно устраиваться на работу. Видишь ведь, что творится».  Я решила перестать. Но через некоторое время я все же совершила еще одну попытку.  Рискованную для психики.  Саперы же ошибаются только раз! А порой и два..

На задворках  улиц Студенческая и Первомайская меня поджидала организация, которой требовался пресс-секретарь и журналист.  Старое и унылое здание не сулило ничего хорошего.  Хотя в принципе это очень душевный район, Первомайская – Ладыгина.  Множество аккуратных, ровного асфальтового цвета, домиков которые строили пленные немцы. Но  вот именно это казенное здание мне не приглянулось. Точно так же «приветлив» был забор с колючей проволокой. «Режимная контора» - сразу подумала я. И мне стало интересно: что за народ там обитает, какая прослойка и в чем их соль, так сказать?

А соль была. Да такая, знаете ли, крупная. Сермяжная. Я бы посыпала ей все дорожки в эту контору. Как только я зашла в кабинет, слегка отдающий красным знаменем, зеленой лампой и сукном (но подкорректированном 2000-ми годами), я поняла,  где нахожусь. Особенно было мило, когда кадровик показала мне тест, по которому они отбирали сотрудников. Тест был таков: на экране компьютера  туманно роилось множество картинок, лица людей. Однако людьми я бы их не решилась назвать: это были жуткие люди, вероятно, убийцы или маньяки. Искажуха на лицах полнейшая: сведенные челюсти, подавленные изломанной психикой взгляды, отвратительные садисткие ухмылки, низкие лбы.  «Выберите наиболее симпатичных три лица» - ласкового сообщила мне роботоподобная женщина-кадровик. «Как? Лица?! Да эти рожи все одинаково отвратительны!» - со смехом и отвращением подумала я.  А вслух сказала: «Пожалуй, я пойду. Как-нибудь в другой раз загляну» - и с деланно равнодушным видом, насвистывая про себя куплеты из оперетки, пошла я по коридору. Но потом припустила и с воплем «долой!» помчалась. Бег мой был крайне быстр и жизнерадостен.  Как ты фраза из песни: «Товарищ, мы едем далееко, подальше от этой земли!»

 Часть вторая: трансцендентность трамвайно-троллейбусного депо

А потом со мной случилось трамвайно-троллейбусное депо. Я всегда уважала трамваи. Есть в них что-то мистическое. Существует даже такой «трамвай-призрак» или, как его назвали мои уралмашевские друзья, «трамвай, убивающий мечты». Sic! –  как говорят наши  латинские друзья. Это был последний трамвай с площади Уралмаша. Страшноватый, всегда голубой. Уж  я не знаю, по каким таким соображениям он был именно такого цвета. После шествия призрачного вагончика было понятно – в этот вечер трамваев  уже не будет. Я  почти плакала, когда видела это печальное чудовище, уползающее по заснеженным рельсам. Оно медленно шло в депо…

И вот, о радость! Пригласили меня писать в газету трамвайно-троллейбусного депо. Находится оно на улице Фрунзе. Очень люблю это место, оно какое-то путешественное! В Екатеринбурге в принципе есть  улицы и скверы, где просто хорошо. Независимо ни от чего. Стоишь, казалось бы, ничего не делаешь. А в тебя вливается  отличное настроение. Так и с улицей Фрунзе, а особенно – рядом с трамвайным парком.

«Вот же,  - подумала я, какая романтика! Писать о трамваях, бесплатно кататься на них, изучать трамвайное дело изнутри, так сказать. Вагоны, провода, короны трамваев,  искры, мелодичный звон! Есть где разгуляться фантазии – ведь они ходят по рельсам. А это уже сакральная геометрия».  Мне часто казалось, что трамваи могут летать. Но делают это тайно. Московские трамваи, между прочим, тоже очень загадочные. В центре города, где их  никак не ожидаешь увидеть, я встречаю их овацией. Можно, кончено, и о троллейбусах также волшебно рассказать, много в них шарма и  скромного черепашьего обаяния. Особенно в час пик. Но  об этом в другой раз.

 Итак, мои мечты после встречи с руководством газеты стали несколько тускнеть. Потому что приходить туда надо было к 7 утра, работать до шести и при этом очень хилая зарплата. «Видимо, певца трамваев у меня не выйдет», - смиренно решила  я. И трамваеведа тоже.

Но я скажу вам одно: самые лучшие  и любимые работы всегда приходят внезапно. Они как любовь – законов всех  сильней.

14-20  декабря, 2014

14-20  декабря, 2014